Татарстан выходит на финишную прямую

Для инвестиций нужна мотивация

Борис Павлов против того, чтобы государство постепенно переложило финансирование инноваций на плечи бизнеса, даже когда у компаний появятся на это деньги

Pavlov_Boris.jpg .

Моду на наноиндустрию неплохо подогревают деньги «Роснанотехнологий». Татарстан позвал «Роснано» в свой республиканский совет по развитию наноиндустрии (представителей корпорации и республики поровну) и за восемь месяцев создал собственную программу до 2015 г.: 27 марта совет принял решение о разработке программы и уже 27 ноября ее утвердил.

  • Оказавшись глубоко в теме, Павлов предложил построить целый «наногородок» — Международный центр нанотехнологий, где проект мог бы пройти путь от идеи до полной готовности к внедрению. Главе «Роснано» Анатолию Чубайсу и президенту Татарстана Минтимеру Шаймиеву затея уже понравилась.

Борис Петрович, отчего в республике такое повышенное внимание к наноиндустрии?

У нас есть серьезные достижения в этой сфере, прежде всего у ведущих научно-образовательных центров: это Казанский государственный университет, Казанский технологический университет, Казанский технический университет им. Туполева, Академия наук республики. С ними наши крупнейшие предприятия нефтехимии, нефтедобычи и машиностроения уже сейчас проводят работу по внедрению нанотехнологий в производство. В обсуждении программы приняли участие более 160 промышленных предприятий.

Мы ее согласовали со всеми министерствами и ведомствами, предложили участвовать финансовым институтам российским и в самой республике. На федеральном уровне программа была рассмотрена в первую очередь «Роснано», мы их замечания и предложения учли при доработке.

Программа, которую мы утвердили, включает 174 проекта с общим объемом финансирования 181 млрд руб.

И откуда берется 181 млрд руб.?

Предполагаемые источники финансирования складываются таким образом: по крупным проектам, которые миллиарды рублей требуют, — до 50% мы будем стараться находить в финансовых институтах развития РФ федерального уровня (в «Роснано», ВЭБе — они будут рассматривать заявки более чем на 2 млрд руб.). 25% — это средства республики, предоставляемые через финансовые институты развития: инвестиционно-венчурный фонд, посевной фонд под управлением «Ак барс капитала» и т. д. И также мы рассчитываем, что до 25% и более будут вносить предприятия, которые станут внедрять у себя разработки.

Какие компании в состоянии у вас это делать?

Часть уже определилась. Это «Татнефть» и ее предприятия (например, «Нижнекамскшина»), компании группы ТАИФ (в частности, «Казаньоргсинтез», «Нижнекамскнефтехим») — это все крупные предприятия нефтехимического комплекса. Крупные предприятия машиностроения тоже готовы стать потребителем компонентного производства деталей для автомобилей — в частности, «Камаз», «Соллерс», а компонентных производств для вертолетов и самолетов — Казанский вертолетный завод (КВЗ) и Казанское авиационное производственное объединение им. С. П. Горбунова (КАПО).

Например, малое предприятие ПКФ «Бетар» (г. Чистополь) производит детали для автомобильной и приборной промышленности из наномодифицированных термопластов. Другой пример: ОАО «КНИАТ» внедрило технологию получения нанокомпозитов для деталей самолетов на КАПО, КВЗ и фирме МВЭН. Я назвал несколько, а в программе это десятки предприятий республики (и не только республики), которые планируют стать площадкой для внедрения проектов по нанотехнологиям.

Естественно, в проекты меньшего масштаба, которые содержат ниокровские работы, будут направлены средства других финансовых институтов. Это участие в целевых и федеральных программах — через Министерство промышленности и торговли пройдет у нас часть проектов. Еще часть — через Министерство образования и науки (по программам, которые они регулируют, мы внесли свои предложения о софинансировании, и они предварительно одобрены). И, естественно, венчурное финансирование. Если стартап — проведение, например, эксперимента и определение возможных результатов по применению технологии, тогда будем искать венчурные фонды, посевные фонды, бизнес-ангелов; предварительное согласование части таких организаций получено.

Расскажите про малый и средний бизнес: его место в этой программе.

Спасибо за этот вопрос — потому что я вообще считаю, что эта программа должна всколыхнуть малый инновационный бизнес. Сегодня доля его неоправданно низка как в стране, так и у нас в республике, хотя она несколько выше российской (в РФ в 2008 г. — 12%). У нас около 20%, а вот, например, Свободная земля Саксония в Германии — там до 80%. Наша задача увеличить количество малых предприятий в этой сфере, в том числе за счет программы развития нанотехнологий. И я очень рад, что на этом этапе у нас первые результаты достигнуты и практически начаты проекты малыми инновационными предприятиями.

Завод «Данафлекс» реализует проект производства упаковочной пленки с использованием нанотехнологий, это проект, одобренный наблюдательным советом «Роснанотеха», и уже идет софинансирование — 2,4 млрд руб. на паритетной основе. Другой пример: ЗАО «Нуран» уже свыше 250 млн руб. внесло в организацию производства компаундов для кабельной продукции. Аналога нет в России, и это будет стопроцентное импортозамещение.

Малым инновационным предприятиям можно быстро перестроиться, они быстро реагируют на потребности рынка, и их легче поддержать, поскольку речь не идет о громадных средствах. Хотя крупные проекты у нас есть, например в газохимии, где мы хотим осуществить глубокую переработку газа (по аналогии с нефтью), это потребует участия крупных наших компаний. Деньги, конечно, другие: 54 млрд руб. — ориентировочная цена пилотного проекта в Республике Татарстан.

А много таких перспективных небольших компаний у вас?

Немало, но они еще будут создаваться в процессе реализации программы. Программа — это инструмент, который позволит в наноиндустрию привлечь малый инновационный бизнес: для них есть проекты, есть инициаторы — ведущие научно-образовательные центры, есть и те, кто готов поддержать реализацию.

Непосредственное финансовое участие государства будет снижаться, стремитесь вы к этому?

Вы затронули принципиальный вопрос финансирования инновационных проектов. Это не связано исключительно с наноиндустрией. Если сказать, что инновационная экономика должна создаваться только за счет государства, то это будет неправильно — она должна создаваться и бизнесом. Но точно так же неправильно говорить, что инновационная экономика может развиваться только за счет усилий самого бизнеса.

Опыт ведущих стран развитого капитала, где доля инновационной экономики и производимой инновационной продукции очень высока, показывает, что это обязательно интеграция источников финансирования. Здесь главное — найти правильную пропорцию между долей государства и долей бизнеса. Это в каждом случае и на каждом этапе происходит по-разному. Естественно, когда формируются основы инновационной экономики, как у нас в России, то государство должно активно содействовать созданию нормативно-законодательной базы и финансово поддержать — собственно, для этого и созданы наши госкорпорации, разработаны федеральные целевые программы.

И опыт Китая, Японии, Европы и Америки показывает: они обязательно имеют финансовые инструменты поддержки бизнеса. И в этом плане нам сегодня, к сожалению, далеко до той поддержки, которую инновационному бизнесу оказывают в развитых странах капитала. Не только по объему, но и по эффективности использования.

С другой стороны, бизнес у нас еще не сориентирован на инновационное развитие. И тому есть объективные причины. Я хочу отметить, что нормативно-законодательная база, особенно налоговая, не стимулирует вложения в инновации. Если посмотреть динамику развития российского производства, видно, что, когда предприятия часть прибыли имели возможность направлять на инвестиции, валовое производство шло резко вверх, а как только законодательство менялось и из прибыли стало невыгодно отчислять на инвестиции, и прибыль стала резко падать и уменьшилось промышленное производство. И, на мой взгляд, помимо того что мы создали госкорпорации, которые имеют ресурсы, нужно создать мотивацию для бизнеса, чтобы и бизнес вкладывал в сферу инноваций.

Ну а как все-таки насчет прямого финансирования со стороны государства? В какую сторону двигаться — больше или меньше?

Ни в коем случае не снижать объем финансирования. Более того, объемы должны возрастать. Просто доля бизнеса должна расти еще быстрее. Иначе мы всегда будем в хвосте. Задача ведь не в том, чтобы заставить инновационный бизнес в объеме финансирования вырасти побольше, а государство — поменьше. Вместе должны нарастить, чтобы совокупный объем финансирования инновационной экономики стал значительно больше — вот какая задача стоит. А если о темпах говорить — вот здесь прирост вложений бизнеса должен быть больше. Сегодня и там и там денег недостаточно.

Есть впечатление, что когда что-то делается за счет государства, это «не растет». Люди не учатся сами деньги находить. Сидят ждут, когда дадут, нет?

Так дело же и в людях. Когда мы говорим, что вкладываем деньги куда-то, это означает, что вкладываем и в людей. Важно, чтобы люди действительно по назначению и с должным эффектом эти деньги тратили, пусть даже не сами их нашли. Сегодня не хватает профессионалов с практическим опытом. Безусловно, человеческий фактор играет решающую роль в экономике, как, впрочем, и везде в жизни.

Как я понимаю, вы рассчитываете, что Международный центр нанотехнологий, который в вашей программе заложен, и создание такой компактной среды роль этого фактора поднимут?

Правильно — это среда, сообщество людей, у которых должна формироваться созидательная психология. Там же будет осуществляться подготовка кадров и, конечно, инфраструктурное обеспечение наноиндустрии.

Там будут сосредоточены услуги для разработки проектов?

Да, будут созданы службы и центры по измерению нанотехнологических материалов и по подготовке кадров (вузы разместят кампусы, которые будут обеспечивать подготовку специалистов), а также условия для развития малого инновационного бизнеса.

Почему вы для вашего центра выбрали форму муниципального образования?

Потому что люди будут там и работать, и жить — по принципу академгородка. Нельзя их отрывать. Набор различных производств и жилье — отсюда и форма муниципального образования. Нам отечественный и мировой опыт показывает, что такая форма организации инновационного бизнеса наиболее эффективна.

Chubais_Shaimiev.jpg .

И где это планируете разместить?

У нас мегаполис образуется сейчас естественным путем: Казань — Зеленодольск, потому что Казань динамично развивается в сторону Зеленодольска, а он — в сторону Казани, там активно ведется жилищное строительство, в том числе и коттеджное, и прекрасные места, и хорошее транспортное сообщение. Хотя это может и измениться — это же еще бизнес-идея, которую я предложил на одном из заседаний координационного совета в начале года, где она была поддержана президентом Татарстана Минтимером Шариповичем Шаймиевым и направлена в «Роснанотех». Корпорация его поддержала. И в ответном письме главы «Роснано» Анатолия Борисовича Чубайса сказано: да, это интересно и он поддерживает эту идею. Мы сейчас разрабатываем концепцию. Это будет касаться не только Республики Татарстан, но и соседних субъектов Поволжья — мы это рассматриваем как центр для Приволжского федерального округа.

Во сколько обойдется создание такого городка?

Есть ориентировочная стоимость такого рода проектов — около 60 млрд руб.

А бюджет муниципального образования как будет формироваться?

Это комплексный проект. Безусловно, за Республикой Татарстан — социальные аспекты. И, конечно, предприятия, научные и учебные заведения, которые хотят войти на эту площадку.

Вы обсуждали с «Роснано», будут ли они участвовать в наполнении бюджета?

Ну, они проект поддержали и подразумевают участие… Но мы должны довести это до уровня концепции — тогда уже увидим, что это в деньгах и какие источники финансирования будут привлечены.

Льготы, госгарантии — здесь у вас какая программа для Международного центра?

В республике приняты нормативно-законодательные документы, которые предусматривают преференции инновационному бизнесу.

Прежде всего, это предоставление налоговых льгот субъектам инвестиционной деятельности. В срок до 13 лет с начала инвестиционной деятельности — снижение налога на прибыль с 20% до 16%, снижение налога на имущество с 2% до 0,1%, снижение земельного налога с 1,5% до нуля. Субсидирование процентных ставок за пользование банковскими кредитами и другое — все не буду перечислять.

То есть дополнительных преференций для участников нанопрограммы не будет?

В процессе реализации проектов мы будем определять, какие меры поддержки нужны. Если это в особой экономической зоне «Алабуга» или технополисе «Химград», там уже все это законодательно и нормативно прописано и проблемы нет. Если же проект будет идти на территории какого-то предприятия, которое не входит в эти зоны, мы будем искать конкретные способы поддержки, чтобы это было адекватно преференциям в особых экономических зонах и конгломерациях, где они существуют. Есть преференции для реализации инвестиционных проектов на федеральном и региональном уровнях.

Республика в этой программе регулятор, а значит, и контролер. Как вы собираетесь надзирать за эффективностью использования денег, а то ведь интеллектуальная деятельность трудно поддается контролю?

Во-первых, сначала надо деньги привлечь, а во-вторых, в каждом финансовом институте развития система контроля есть. Например, у «Роснано» свой регламент прохождения и продвижения проектов (предварительная экспертиза, поэтапное прохождение в структурах корпорации — это все известно, у них на сайте можно прочитать). То же мы видим и в ВЭБе. Когда кто-то приходит за деньгами, регламент должен отсечь неэффективные проекты, которые не подтверждаются экономическими выкладками. Иногда прохождение проекта достаточно долгое — полгода, даже девять месяцев. Хотя, с другой стороны, это гарантия, что он очень внимательно будет рассмотрен.

В нашем республиканском инвестиционно-венчурном фонде тоже есть своя система контроля. В республике по проектам наноиндустрии есть предварительная экспертиза — у нас это делает рабочая группа под эгидой Академии наук Татарстана. После предварительной экспертизы проекты поступают в центр упаковки проектов.

Уже есть такие?

Безусловно. Несколько технопарков и дирекция целевых республиканских программ оформляют проекты по наноиндустрии на тех условиях, которые выставляет тот или иной финансовый институт развития. Например, если софинансирование предполагается из «Роснано», то помогаем оформить заявку по их правилам и требованиям. Это повышает качество и снижает сроки прохождения.

Пока «Роснано» утвердила вам всего одну заявку из 35, чем вы это объясняете?

Прошел проект, который имел стопроцентную готовность для внедрения. Это чисто промышленная технология, легко просчитывается рынок, окупаемость и т. д. На днях наблюдательный совет [«Роснано»] одобрил еще один наш проект. По ряду других проектов, которые представлены — они у нас уже в стадии реализации, — корпорация будет принимать решения. Еще часть проектов на доработке — у инициаторов, когда появилась возможность сотрудничать с «Роснано», было желание быстрее подать заявку, но потом работа по уточнению параметров потребовала времени.

И не надо забывать, что мы не единственные, а «Роснано» старается диверсифицировать поддержку по разным регионам России.

Сейчас у нас, я надеюсь, процесс пойдет быстрее, потому что в программе мы выявили конкретные проекты, которые будем поддерживать. Задача теперь — составить график разработки и продвижения. На следующем этапе это позволит более качественно оформить заявки.

Но я хочу подчеркнуть, что у нас реализуются проекты и без участия «Роснано». Примеры я уже приводил. То есть мы не обязательно ждем, когда нам дадут деньги: проекты выполняются и за счет собственных средств предприятий, а в ряде случаев были и другие источники софинансирования. Есть шесть-семь проектов, которые в этом году рекомендованы и идут без участия «Роснанотеха», просто под патронатом координационного совета.

Компания с бизнес-идеей, но без денег сможет прийти в Международный центр и сразу финансироваться за счет посевного фонда?

Безусловно. Это одна из целей.

То есть резидент не всегда обязан быть инвестором?

Будут различные направления деятельности. Для стартапа будет своя площадка, для апробирования технологий — другая, и условия работы там будут различны, в том числе и с точки зрения необходимости собственных инвестиций.

Посевные фонды уже есть?

— Нет, они как раз создаются с участием «Роснано» и «Ак барс капитала».

Так и осталось непонятно, какую сумму вложит в вашу программу «Роснано»?

Это выяснится на этапе продвижения проектов. Корпорация может участвовать в каждом проекте до 50% минус 1 акция в капитале. Но сегодня есть проекты, в которых участие меньше. Эта сумма будет складываться по факту. А так чтобы сказать «выделена такая-то сумма» — такой цифры нет и не будет.

http://www.vedomosti.ru/…12/28/222344



nikst аватар

Вот отличное интервью, из которого сразу многое становится понятным и прозрачным. Сразу видно, что серьёзные люди взялись по-серьёзному и основательно за реализацию общереспубликанского мега-проекта и что главным дирижёром, руководителем всей этой деятельности являются высшее руководство республики.

  • Вот пример, достойный подражания!.. В добрый путь и новых успехов и достижений!..