Neuralink Илона Маска. Часть шестая: эра волшебников

Эксцентричный в хорошем смысле этого слова предприниматель, плейбой, филантроп Илон Маск известен всему миру. Это он решил вывести человечество в космос, колонизировать Марс, отказаться от одноразовых ракет. Это он решил сделать мир чище, пересадив нас с автомобилей с ДВС на самоуправляемые автомобили. Пока разворачиваются эти предприятия, он не сидит сложа руки. Он задумал Neuralink, который поможет нам стать новыми людьми. Без границ и без слабостей, как и положено в новом мире (Илона Маска). Документировать сумасшедшие идеи Маска, как и всегда, вызвался Тим Урбан с WaitButWhy (он писал про искусственный интеллект, колонизацию Марса и SpaceX). Представляем одно из лучших произведений современной научно-популярной журналистики. Далее от первого лица.

Зарождающаяся отрасль нейрокомпьютерных интерфейсов — это семя революции, которая изменит практически всё. Но во многих отношениях будущее нейрокомпьютерных интерфейсов — это не ново. Если взглянуть со стороны, все это будет похоже на следующую большую главу истории, которая уже пишется. Язык невыносимо долго превращался в письмо, оно затем невыносимо долго превращалось в печать. Затем появилось электричество и все завертелось. Радио. Телевидение. Компьютеры. Вместе с этим всем, каждый дом стал волшебным. Затем телефоны стали беспроводными. Затем мобильными. Компьютеры превратились из устройств для работы и игр в окна в цифровой мир, частью которого все мы стали. Затем телефоны и компьютеры слились в повседневные устройства, которые перенесли волшебство из наших домов в наши руки. И на запястья. Сейчас мы находимся на заре развития виртуальной и дополненной реальности, которые обернут волшебством наши глаза и уши и перенесут наше существование в цифровой мир.

Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понять, к чему все идет.

Волшебство проделало путь с промышленных объектов в наши дома и руки и скоро окажется у нас на голове. Затем оно сделает еще один шаг. Волшебство перенесется в наши мозги.

Это произойдет благодаря общемозговому интерфейсу, который я называю волшебной шляпой — нейрокомпьютерный интерфейс такой полный, такой гладкий, такой биосовместимый и с высокой пропускной способностью, что он станет частью вашей коры и лимбической системы. Общемозговой интерфейс обеспечит ваш мозг способность общаться беспроводным путем с облаком, с компьютерами и с мозгами любого, у кого будет такой же интерфейс. Этот поток информации между вашим мозгом и внешним миром будет совершенно незаметным, он будет похож на мышление, которое сейчас происходит у вас в голове. И хотя мы пока используем термин «нейрокомпьютерный интерфейс», я думаю, что он не в полной мере передает концепцию общемозгового интерфейса. Поэтому я буду называть его волшебной шляпой.

Теперь, чтобы полностью вникнуть в суть волшебной шляпы на вашей голове и как она все изменит, нужно осознать несколько идей:

  • ** Совершенно невероятную идею**
  • ** Супер-пупер-поразительную совершенно невероятную идею**

Сначала мы обсудим первую, а вторую придержим на конец, чтобы у вас было время обмозговать #1.

Илон называет общемозговой интерфейс и его многочисленные возможности «третичным цифровым слоем», и этот термин имеет двойное значение, которое соответствует двум идеям поразительного выше.

Первое значение затрагивает идею физических частей мозга. Мы обсуждали три слоя головного мозга — ствол мозга (управляемый лягушкой), лимбическую систему (управляемую обезьяной) и кору (управляемую рациональным мыслителем). Мы тщательно их разобрали, но до конца этой статьи давайте выбросим лягушку из объяснения, потому что она по большей части функциональна и живет за кулисами.

Когда Илон говорит о «третичном цифровом слое», он подразумевает, что наш мозг содержит два слоя — нашу животную лимбическую систему (которую мы можем называть первичным слоем) и нашу развитую кору (которую можно назвать вторичным слоем). Интерфейс волшебной шляпы, таким образом, будет третичным слоем — новой физической частью мозга, дополняющей две других.

Если такое сравнение вам не нравится, у Илона есть что вам сообщить:

У нас уже есть третичный цифровой слой. Это компьютер, или телефон, или другие прибамбасы. Вы можете задать вопросу Google и мгновенно получить ответ. Можно получить доступ к любой книге или музыке. При помощи таблиц можно производить невероятные расчеты. Если взять здание размером с Эмпайр-Стейт-Билдинг, наполненное людьми с калькуляторами, если у них будет карандаш и бумага — один человек с ноутбуком может сделать намного больше, чем все это здание людей с калькуляторами. Можно пообщаться с человеком по видеочату на другом конце земного шара. Когда-то такое вполне сошло бы за колдовство. Можно записать любое видео или звук, сделать миллиард фотографий, пометить их тегами и автоматически рассортировать. Можно транслировать в соцмедиа миллионам людей одновременно и бесплатно. Это чудеса, сверхсила, которых не было даже у президента двадцать лет назад.

Чего люди не могут понять сейчас, так это что они уже киборги. Вы не то существо, которое было двадцать или даже десять лет назад. Вы уже другое существо. Посмотрите: люди даже делают опросы на тему «как долго вы можете обходиться без своего телефона». И если вам не больше 20 лет, то даже одного дня будет достаточно. Без телефона мы как без рук. Думаю, что люди уже как бы слились со своими телефонами, ноутбуками и прочими устройства.

Это сложно вообразить, потому что мы не чувствуем себя какими-то киборгами. Мы чувствуем себя людьми, которые используют устройства для своих нужд. Но подумайте о своем цифровом «я», когда общаетесь с кем-нибудь в Интернете или в «Скайпе» либо когда смотрите видео на YouTube. Все это делает ваше цифровое альтер-эго, этакий человечек внутри вас. Единственная разница в том, что нет никакого человечка — вы используете волшебство, чтобы отправиться далеко отсюда на скорости света, по проводам, спутникам и электромагнитным волнам. Разница в среде.

До языка не было хорошего способа передать мысль из одного мозга в другой. Затем первые люди изобрели технологию языка, трансформирующую голосовые связки и уши в первые в мире устройства связи, а воздух — в первую коммуникационную среду. Мы используем эти устройства всякий раз, когда говорим друг с другом. Вот так:

Затем мы осуществили еще один прыжок, изобрели второй слой устройств, со своей средой, позволяющих нам общаться на большом расстоянии:

В этом смысле в вашем телефоне столько же «вас», сколько и в голосовых связках, глазах или ушах. Все эти вещи — просто инструменты, перемещающие мысли от мозга к мозгу, — так какая разница, где этот инструмент: в руке, в горле или в глазнице? Цифровой век сделал нас двойными существами — физическими, которые взаимодействуют с физическим окружением, используя биологические части, и цифровыми, которые используют цифровые устройства — цифровые конечности — для взаимодействия с цифровым миром.

Но поскольку мы об этом не думаем в таком ключе, мы можем представить, что человек с телефоном в голове или горле будет киборгом, а человек с телефоном в руке, прижимающей его к голове, нет. Точка зрения Илона заключается в том, что киборгом человека делают его способности — а не то, с какой стороны черепа эти способности проявляются.

Мы уже киборги, мы уже обладаем сверхсилой, мы уже проводим большую часть своей жизни в цифровом мире. И когда задумываешься об этом в таком ключе, понимаешь, насколько очевидным становится необходимость улучшить среду, которая соединяет нас с миром. Собственно, в это изменение верит Илон, и оно должно произойти, когда волшебство проникнет в наши мозги:

Вы уже цифровой сверхчеловек. Измениться может только интерфейс — увеличить пропускную способность вашего цифрового альтер-эго. Дело в том, что сегодня этот интерфейс сводится к крошечной соломинке, которая с точки зрения вывода — это как попытка просверлить дерево пальцем. И, очевидно, у такого вывода есть свои минусы. Это чертовски медленная коммуникация. Мы сможем улучшить ее на много порядков, если обзаведемся прямым нейроинтерфейсом.

Другими словами, внедрить наши технологии в наши мозги — это не вопрос того, хорошо или плохо быть киборгом. Это вопрос того, что мы уже киборги и будем ими оставаться, поэтому имеет смысл модернизировать себя из примитивных киборгов с низкой пропускной способностью в современных киборгов с высокой.

Общемозговой интерфейс — это как раз это обновление. Он изменит нас из существ, чей первичный и вторичный слои живут в головах и чей третичный слой живет в кармане, в руке или на столе —

— в существ, три слоя которых существуют совместно.

Ваша жизнь полна устройств, включая то, с которого вы сейчас это читаете. Волшебная шляпа превратит ваш мозг в устройство, позволит вашим мыслям напрямую переходить из головы в цифровой мир.

Это не просто перевернет коммуникации людей с компьютерами.

Сейчас люди общаются между собой вот так:

И так было с тех пор, как мы могли общаться. Но в мире волшебной шляпы все будет выглядеть вот так:

Илон всегда подчеркивает пропускную способность, когда говорит о задачах волшебной шляпы Neuralink. Полоса пропускания интерфейса позволяет принимать входящие изображения в формате HD, входящий звук — в хай-фай, а команды управления движениями — четко управляемыми, но все это очень важно для коммуникации. Если бы информация была молочным коктейлем, пропускная способность была бы шириной в соломинку. Сегодня график пропускной способности коммуникаций выглядит вот так:

Поэтому компьютеры могут всасывать молочный коктейль через гигантскую трубу, человеческое мышление будет использовать большую, приятную для использования соломинку, в то время как язык будет удручающе крошечной соломинкой для латте, а печатание (не говоря уж об эсэмэсках) будет похоже на попытку выпить молочный коктейль через игольный шприц.

Моран Серф собрал данные о фактической пропускной способности различных частей нервной системы и на этом графике сравнивает их с эквивалентными пропускными способностями в компьютерном мире:

Видите, разница в пропускной способности между нашими коммуникациями и нашим мышлением (которое на этом графике составляет 30 бит/c) очень большая.

Но превращение наших мозгов в устройство, которое прорвет все эти соломинки, будет выглядеть вот так:

И превратится в это:

Мы по-прежнему будем использовать соломинки, но гораздо больше и эффективнее.

Дело не только в скорости связи. Как отмечает Илон, речь идет также о нюансах и точности коммуникаций:

В вашей голове есть много понятий, которые ваши мозги пытаются сжать в узкие потоки данных, передвигающиеся в процессе речи или печатания. Таков язык, и ваш мозг в совершенстве овладел алгоритмом сжатия данных в мысли, которая передает понятие. Слово влетает в ухо и происходит разархивирование понятия. Конечно, не без потерь. Поэтому когда вы заново сжимаете это понятие, пытаясь понять, вы одновременно пытаетесь смоделировать умственное состояние другого человека, чтобы понять, откуда оно взялось, и наложить на свое понимание концепции понимание другого человека. Если бы ваши мозги были связаны интерфейсом, вы могли бы передавать мысли без какого-либо сжатия и потери нюансов.

В этом есть смысл — из нюансов выстраивается как бы мысль в высоком разрешении, и файл становится слишком большим, чтобы его можно было быстро передать через соломинку для питья. Соломинка ставит вас перед выбором: потратить много времени, чтобы сказать много слов и расписать мысль в нюансах, либо сэкономить время, используя сокращения, и не передать всей полноты картины. Все это усугубляется еще и тем, что сам язык — это среда низкого разрешения. Слово — это лишь приближение мысли, ее эскиз, набросок. Если я смотрю фильм ужасов и хочу описать его словами, мне придется выбирать между эпитетами низкого разрешения — «страшно», «жутко», «пугающе», «волнительно». Мои искренние впечатления от фильма вполне конкретны и уникальны, но грубые инструменты языка заставляют мой мозг подбирать подходящие слова. Вы получаете не мысль — вы получаете подборку подходящих слов, для каждого из которых у вас есть своя собственная система оценки и степени экспрессии. Вы можете расшифровать мое описание — «страшно, аж жуть» — в подробную мысль в высоком разрешении с кучей нюансов, которая будет для вас соответствовать описанию «страшно, аж жуть», но неизбежно будет основана на вашем собственном опыте просмотра других фильмов ужасов и вашей личности. Очень многое будет потеряно при переводе — но ведь именно это происходит, когда вы пытаетесь передать файл высокого разрешения по узкому каналу, используя инструменты низкого разрешения. Поэтому Илон называет передачу данных при помощи языка «дырявой».

Мы делаем все возможное, чтобы справиться с этими ограничениями, — и со временем дополнили язык форматами чуть более высокого разрешения, например, видео, чтобы лучше передать нюансы, или музыкой, чтобы лучше передать тонкие эмоции. Но по сравнению с богатством и уникальностью идей в наших головах и большой пропускной способностью наших внутренних мыслей, все общение людей будет очень «дырявым».

Размышляя о феномене общения — когда мозги пытаются поделиться вещами друг с другом — вы видите историю коммуникаций не такой:

А такой:

Или даже такой:

Вполне возможно, что вторая большая эра коммуникации — 100 000-летняя эра непрямой коммуникации — переживает свои последние дни. Если мы уменьшим временную шкалу, вполне возможно, что последние 150 лет, в течение которых мы внезапно и стремительно совершенствовали наши коммуникационные медиа, вели нас к тому самому: к переходу от эры 2 к эре 3. Возможно, мы стоим на границе разделов хронологии.

И поскольку косвенное общение требует сторонних частей тела или цифровых частей, конец эры 2 можно охарактеризовать как конец эпохи физических устройств. В эпоху, когда ваш мозг будет устройством, не будет необходимости носить что-либо с собой. У вас будет свое тело, одежда — и всё.

Когда Илон думает о волшебных шляпах, в первую очередь он имеет в виду вот это — пропускную способность коммуникации и разрешение. И мы рассмотрим это в следующем разделе.

Но сначала давайте углубимся в удивительную концепцию мозга как устройства и поговорим о том, каким может быть мир волшебных шляп.

  • * *

Не стоит забывать, что ничто из того, что мы обсудили, не застанет вас врасплох. Третичный цифровой слой в вашей голове не появится из воздуха, так же как люди не перешли от Apple IIGS к Tinder за одну ночь. Эра волшебников грядет постепенно, и к тому моменту, когда переход состоится, все мы будем использовать эти технологии и считать, что это нормально.

Подтверждением этого является тот факт, что восхождение по лестнице в эру волшебников уже началось, а вы даже и не заметили. Тысячи людей бродят по планете с электродами в голове, с кохлеарными имплантатами, искусственной сетчаткой, чипами в голове — и получают удовольствие от первых НКИ.

Следующие несколько шагов по этой лестнице все так же будут отведены восстановлению утраченных функций в разных частях тела — первые люди, жизнь которых изменится под действием технологий цифрового мозга, будут парализованными. По мере того, как отдельные НКИ будут править все больше и больше форм инвалидности, концепция мозговых имплантатов проложит себе путь от периферии к центру и станет повсеместной — так же люди не моргнув глазом говорят о кардиостимуляторе своей бабушки.

Илон описывает несколько типов людей, которым могли бы помочь первые НКИ:

Первое применение этой технологии будет заключаться в восстановлении травм головного мозга в результате инсульта или последствий рака, когда кто-то теряет принципиальный когнитивный элемент. Могут помочь и людям, частично или полностью парализованным, обеспечивая нейронный шунт от моторной коры до места, где задействованы мышцы. Может помочь людям, которые в процессе взросления начинают испытывать проблемы с памятью и не могут вспомнить имена даже своих детей. Улучшение памяти позволит им лучше жить в позднем возрасте. В конце концов, все мы когда-нибудь постареем.

По мере улучшения пропускной способности интерфейсов инвалиды, которые многим сегодня мешают, будут становиться все незаметнее. Понятия полной слепоты и глухоты будут искоренены. Пройдет немного времени — и станут возможными идеальное зрение или слух.

Протезы конечностей — и полный экзоскелет под одеждой в конечном итоге — будут работать так хорошо, обеспечивая моторные функции и чувство осязания, что паралич или ампутация будут иметь лишь незначительный долгосрочный эффект для жизни людей.

У пациентов, страдающих болезнью Альцгеймера, воспоминания зачастую не теряются — лишь мосты к этим воспоминаниям. Продвинутые НКИ могут помочь восстановить эти мосты или проложить новые.

Первыми начнут, конечно, богатые люди. Но ведь и первые мобильные телефоны тоже могли позволить только богатые.

Это Gordon Gekko, килограммовый сотовый телефон 1983 года, который стоил почти 9 тысяч долларов в сегодняшних долларах. И вот уже более половины живых людей владеют мобильными телефонами — и все они намного лучше Gordon Gekko.

Поскольку мобильные телефоны стали дешевле и лучше, они стали повсеместными. И когда мы пойдем по той же дороге с нейрокомпьютерными интерфейсами, это будет обалденно.

Судя по тому, что я усвоил из бесед с Илоном, Рамезом и десятком нейробиологов, можно нарисовать картину мира через несколько десятилетий. Хронология пока не ясна, равно как и порядок, в котором начнут поступать улучшения. И, конечно, многие прогнозы пройдут мимо кассы, так же как будут и незапланированные прорывы. Потому что люди не могут их пока вообразить.

Но многое из этого случится, и случится, пока вы будете живы.

Все прогнозы, которые я слышал, можно разделить на две большие группы: возможности коммуникаций и внутренние улучшения.

Эра волшебников: коммуникация

Моторная коммуникация

«Коммуникация» в этой главе может означать связь человека-с-человеком или человека-с-компьютером. Моторная коммуникация касается человека-с-компьютером — той самой «моторной коры в качестве дистанционного управления», которую мы обсуждали ранее, но теперь уже невероятно развитой версии.

Как и многие категории будущих возможностей нейроинтерфейсов, моторная коммуникация начнется с приложений восстановления инвалидов, а когда развитие приведет к улучшению возможностей, технологии начнут использовать для создания приложений дополнения для неинвалидов тоже. Те же технологии, которые позволят парализованным использовать силу мыслей в качестве пульта управления бионической конечностью, позволят любому использовать мысли для дистанционного управления… чего угодно. Ну ладно, не «чего угодно» — я не говорю о телекинезе — всего, чем можно управлять дистанционно. Но в эру волшебника многие вещи будут строиться таким образом.

Ваша машина (или что еще люди будут использовать для транспортировки к этому времени) подъедет к вашему дому, а ваше сознание откроет дверь автомобиля. Вы подниметесь по лестнице — и ваше сознание откроет переднюю дверь (к тому времени все двери будут оснащены сенсорами, распознающими команды моторной коры). Вы захотите кофе — и электронный бариста сделает свое дело. Подходя к холодильнику, вы откроете дверцу без рук и так же легко уйдете. Когда придет время сна, вы решите немного понизить температуру, выключить свет, и соответствующие системы поддержат ваши решения.

Ничто из этого не потребует никаких усилий или мыслей — мы настолько хорошо освоим это, что процессы станут автоматизированными и подсознательными, как движения глаз, при помощи которых вы читаете это предложение.

Люди будут играть на пианино одной мыслью. И строить здания. Управлять транспортом. Сегодня, когда вы куда-то едете и кто-то выскакивает на дороге перед вами, ваш мозг видит это и начинает реагировать задолго до того, как ваше сознание осознает, что происходит, или ваши руки двигаются, чтобы уйти в сторону. Но когда ваш мозг будет управлять автомобилем, вы уйдете с дороги прежде, чем поймете, что произошло.

Мысленная коммуникация

Это то, о чем мы говорили выше, — но вы должны противостоять естественному инстинкту приравнять мысленный диалог к обычной разговорной речи, когда вы просто слышите голоса друг друга в своей голове. Как мы выяснили, слова — это сжатые аппроксимации несжатых мыслей. Так зачем же вам вообще задумываться об этом или иметь дело с потерями, если вам это не нужно? Когда вы смотрите фильм, ваша голова гудит мыслями — но никакого диалога из сжатых слов нет. Вы просто думаете. Мысленные разговоры будут такими.

Илон говорит следующее:

Если бы я решил передать вам концепцию, состоялась бы по сути телеконференция по согласию. Вам не пришлось бы ничего произносить, если только вы не хотели бы добавить немного старинки в беседу или что-то типа того (смеется), но разговор будет проходить на уровне понятий, и это сложно понять прямо сейчас.

Вот в чем соль: сложно на самом деле понять, каково это будет — думать за кого-то еще. Мы никогда не пробовали. Мы общаемся сами с собой посредством мысли, и со всеми остальными — посредством символической репрезентации мысли, но это все, что нам пока отведено.

Еще более странной будет концепция группового мышления. Как будет выглядеть групповой мозговой штурм в эру волшебника.

И, конечно, никому не придется собираться в одной комнате. Эта группа может находиться в четырех разных странах во время мозгового штурма — без лишних устройств.

Рамез написал, какое влияние могло бы оказать групповое мышление на мир:

Коммуникация такого рода могла бы оказать огромное влияние на темп развития инноваций, поскольку ученые и инженеры могли бы работать совместно более плавно. И все это, вероятнее всего, окажет преобразующий эффект на публичную сферу, так же как имейлы, блоги и твиттер успешно изменили общественный дискурс.

Предполагается, что идея коллаборации подразумевает сегодня два или больше мозгов, работающих вместе над тем, чтобы придумать то, чего никто из них не мог бы придумать сам по себе. И очень часто это работает очень хорошо, но когда вы рассматриваете феномен «потерянного при передаче», который проявляется из-за языка, вы понимаете, насколько эффективнее будет групповое мышление.

Я задал Илону вопрос, который приходит в голову каждому, когда он впервые слышит о мысленной коммуникации:

«Получается, любой сможет узнать, что я думаю?»

Он заверил меня, что не сможет. «Люди не смогут читать ваши мысли — если вы не захотите. Если вы этого не захотите, этого не произойдет. Точно так же, как если вы не хотите, чтобы ваш рот говорил, он не говорит». Брр.

Также можно думать с помощью компьютера. Не только для передачи команд, но и для мозгового штурма совместно с ним. Вы и компьютер могли бы поразмыслить над чем-нибудь вместе. Вы могли бы сочинять музыку вместе. Рамез говорил об использовании компьютера в качестве соавтора воображения. «Можно было бы представить что-то, и компьютер, который лучше прогнозирует или анализирует физические модели, мог бы заполнить эти пробелы — и вы получили бы обратную связь».

Одно из опасений, которое рождается, когда люди слышат о мысленной коммуникации, в частности, представлено потенциальной потерей индивидуальности. Не сделает ли оно нас одним большим роевым сознанием, в котором каждый отдельный мозг будет обычной пчелой? Практически все эксперты, с которыми я беседовал, полагают, что все будет наоборот. Мы могли бы действовать как единое целое, если это пошло бы нам на пользу, но до сих пор технологии только улучшали человеческую индивидуальность. Подумайте о том, насколько проще людям сегодня выразить свою индивидуальность, чем 50, 100 или 500 лет назад. Нет никаких оснований полагать, что эта тенденция не будет развиваться и дальше.

Мультимедийная коммуникация

Представьте себе, насколько проще было бы описать сон, или музыку, застрявшую в голове, или воспоминание, если бы можно было просто вбить это в чью-то голову, будто показать на экране компьютера. Или, как сказал Илон, «я мог бы подумать о букете цветов и четко представить его в своей голове. Но вам понадобилось бы много слов, чтобы хотя бы приблизительно описать его».

Насколько быстрее команда инженеров, архитекторов или дизайнеров могла бы спланировать новый мост, новое здание или новое платье, если бы просто направила свое видение на экран, а другие могли бы править его силой мысли, не рисуя наброски? Ведь последнее не только занимает гораздо больше времени, но и будет неизбежно «дырявым», не без потерь?

Сколько симфоний написал бы Моцарт, если бы музыка из его головы напрямую проливалась на бумагу? Сколько было бы таких моцартов сегодня, которые, ни разу не прикоснувшись к инструменту, могли бы буквально творить силой мысли? Ведь чтобы представить музыку органа, не нужно нажимать на клавиши физически. Огромная часть творческой работы протекает в голове.

Я пересматривал эту замечательную короткометражку неоднократно, и создатель видео Феликс Колгрейв говорит, что на это видео у него ушло два года. Какая часть этого времени ушла на осмысливание искусства, а какая — на кропотливый перенос из головы в программное обеспечение? Возможно, через несколько десятилетий я мог бы посмотреть анимацию прямо из головы Феликса.

Эмоциональная коммуникация

Эмоции — это типичный пример, доказывающий, что слова плохо подходят для точного описания. Если десять человек скажет «мне грустно», это будет означать десять разных понятий. В эру волшебника мы довольно быстро усвоим, что определенные эмоции совершенно уникальным образом переживаются разными людьми, равно как и чувство юмора у всех свое.

Все это может работать как коммуникация, как средство связи, способ общения — когда один человек сообщает только то, что он чувствует, а другой человек получает доступ к этому ощущению в своих собственных эмоциональных центрах. Очевидные последствия для будущего — повышение эмпатии. Но эмоциональная коммуникация может также использоваться для таких развлечений, как кино, которое тоже будет проецироваться на аудиторию — прямо в лимбические системы людей — вместе с определенными чувствами, которые эта аудитория должна испытать во время просмотра. Ведь именно так фильмы работают — еще один взлом — и теперь они будут еще эффективнее.

Сенсорная коммуникация

Вот здесь уже интереснее.

Сейчас только два микрофона могут выступать «колонками» для вашей головы — вашей слуховой коры — это два ваших уха. Только две камеры можно подключить для проекции зрительной картинки в голову — визуальную кору — это ваши глаза. Единственная сенсорная поверхность, которую вы можете ощущать, — это кожа. Единственный инструмент, который позволяет вам ощущать вкус, — это ваш язык.

Но точно так же, как сегодня мы можем подключить имплантат к улитке — которая свяжет микрофон со слуховой корой — однажды мы позволим сенсорной системе беспроводным образом передавать информацию волшебной шляпе, откуда бы то ни было, и транслировать ее прямо в сенсорную кору. В будущем органы чувств будут единственным способом ввода осязательной информации вам в мозг, и по сравнению с другими органами чувств, к которым у вас будет доступ, они будут не столь впечатляющи.

Но как насчет вывода?

В настоящее время вашим единственным слуховым аппаратом остаются уши. Вы видите только глазами и ощущаете только то, чего касаетесь, потому что у вас есть доступ только к определенным участкам коры, к которым эти вводные подведены. Со шляпой волшебника мозг сможет передавать всю эту информацию прямо в голову другого человека, и это будет очень легко. И когда у вас будут сенсорные возможности выводить и вводить информацию — одновременно — перед вами откроются удивительные способности.

Скажем, вы пошли в прекрасный поход и хотите показать своей жене или мужу вид. Нет проблем — просто подумайте о том, чтобы запросить связь с мозгом партнера. Когда он согласится, подключите его сетчатку к своей зрительной коре. Теперь он видит ровно то же, что и ваши глаза, будто он сам присутствует здесь. Он просто подключил другие органы чувств, чтобы получить полную картину, и вот он тоже слышит водопад, чувствует ветер, слышит запах деревьев и подпрыгивает, когда жук садится на плечо. Вы оба умещаете 5-минутный рассказ в 30-секундную мысленную сессию. Затем он возвращается к работе, обрывая связь либо оставляя картинку в картинке, чтобы иметь возможность изредка любоваться происходящим.

Хирург мог бы управлять машинным скальпелем при помощи своей моторной коры вместо того, чтобы держать его в руке, и получать сенсорный ввод от этого скальпеля, чтобы он был как 11 палец для него. Таким образом, одним из пальцев хирурга станет скальпель, и тот сможет проводить операции, не занимая руки инструментами и получая точный контроль. Неопытный хирург мог бы привлечь наставников к операции, чтобы те смотрели на нее его глазами и передавали мысленные инструкции. И если что-то пойдет не так, один из них мог бы перехватить штурвал и подключиться к моторной коре выполняющего операцию хирурга.

Никакой нужды в экранах больше не будет, потому что можно будет просто заполучить виртуальный экран в зрительной коре. Или перебраться в виртуальный фильм всеми своими органами чувств. Говоря о виртуальной реальности — Facebook, разработчик Oculus Rift, тоже к этому идет. В интервью с Марком Цукербергом стало известно, что он тоже думает о НКИ: «Прикосновение дает вам ввод и ощущается как тактильная отдача. Но со временем не будет никаких причин полагать, что мы не захотим избавиться от контроллеров и вместо кнопок, которые нажимаем, будут просто мысли».

Возможность записывать сенсорный ввод означает, что вы также можете записывать свои воспоминания или делиться ими, поскольку память — это прежде всего неточное воспроизведение предыдущего сенсорного ввода. Или же можно было бы воспроизвести их как живые переживания.

Баскетболист мог бы послать приглашение в прямом эфире своим фанатам перед игрой, которое позволило бы им видеть и слышать его глазами и ушами во время игры. А те, кто не успел, могли бы позже перейти к записи.

Можно было бы сохранить чудесный сексуальный опыт, чтобы снова насладиться им позднее — или же, если вы не слишком закрытый человек, отправить его другу. Очевидно, индустрия порно будет процветать в мире цифрового мозга.

Уже сейчас можно отправиться на YouTube и посмотреть на событие от первого лица бесплатно. Джорджу Вашингтону это вынесло бы мозг, но в эру волшебников вы сможете испытать что угодно бесплатно и полноценно. Дни, когда причудливый опыт ограничивался кругом богатых людей, канут в Лету.

Еще одна идея из воображения Морана Серфа: возможно, игроки с травмой мозга заставят НХЛ изменить правила так, чтобы биологические тела игроков оставались в стороне, пока они играют в игру при помощи искусственных тел, моторная кора которых управляется дистанционно, а глаза и уши передают все происходящее на поле. Идея хороша тем, что вам по-прежнему придется быть хорошо подготовленным к игре, потому что великими атлетов делает их моторная кора, мышечная память и принятие решений. Но другой аспект величия атлетов — само физическое тело — отныне будет искусственным. НХЛ могла бы делать все искусственные тела игроков идентичными — будет круто узнать, чьи навыки действительно лучше — или же сделать так, чтобы искусственные тела были идентичны настоящим. В любом случае, если такое изменение правил и произойдет, нетрудно представить, насколько невероятным это покажется игрокам, которые используют свои настоящие, хрупкие мозги на поле.

Продолжать можно долго. Возможности общения, связи, коммуникации в мире волшебных шляп, особенно когда они сочетаются между собой, воистину безграничны — и размышлять на эту тему очень интересно.

Эра волшебников: внутренний контроль

Коммуникация — поток информации, вливающейся в ваш мозг и выходящей из него — лишь один способ, которым волшебная шляпа может вам послужить.

Общемозговой интерфейс может стимулировать любую часть вашего мозга — у него должна быть возможность ввода для половины из всех приведенных выше примеров общения. Но эта способность также предоставит нам совершенно новый уровень контроля своего мозга. Вот некоторые способы, которыми могут воспользоваться люди будущего.

Одержать победу в своей голове обеими сторонами

Зачастую битва в вашей голове между префронтальной корой и лимбической системой сводится к тому, что обе части пытаются сделать наилучшее для вас — просто лимбическая система не знает, что для нас лучше, потому что думает, что мы живем в племени 50 000 лет назад.

Ваша лимбическая система заставляет вас есть четвертый кусочек торта подряд не потому, что она сволочь — она заставляет вас, потому что думает, что а) любой фрукт, который сладкий, плотный и приятный, должен быть очень богат калориями, и б) возможно, вам не удастся найти пищу в следующие четыре дня, поэтому было бы неплохо запастись калориями заранее (а лучше при любой удобной возможности).

Между тем, ваша префронтальная кора просто в шоке наблюдает: «ЗАЧЕМ МЫ ЭТО ДЕЛАЕМ».

Моран считает, что хороший мозговой интерфейс сможет исправить эту проблему:

Представьте себе поедание шоколадного торта. В процессе еды мы скармливаем данные в наш когнитивный аппарат. Эти данные дают нам наслаждение от торта. То есть наслаждение не в самом торте, а в нашем нейронном опыте его поедания. Отделение нашего чувственного желания (опыт поедания торта) от основной цели выживания (питание) скоро будет в пределах нашей досягаемости.

Эта концепция «сенсорного отделения» была бы очень кстати, если бы мы могли ее осуществить. Можно было бы получать удовольствие даже от дряной еды, которая была бы крайне полезной для тела. В наше тело будет поступать питание, настроенное индивидуально для каждого человека на основе геномов, микробиомов и других факторов, и мы будем получать от нее колоссальное наслаждение. Физические диеты перестанут быть тираническими.

Тот же принцип можно будет применить к таким вещам, как секс, наркотики, алкоголь и другим удовольствиям, которые приводят людей к неприятностям, по медицинским или иным причинам.

Рамез Наам считает, что мозговой интерфейс может помочь нам выиграть битву дисциплины, когда дело дойдет до времени:

Мы знаем, что стимулирование определенных центров в мозге может вызвать сон или бдительность, голод или чувство сытости, легкость или возбуждение, буквально по щелчку переключателя. Или, если вы используете код, по расписанию. («Сири, усыпи меня до 7:30, буди только в крайнем случае. И пусть я проголодаюсь к обеду. Впрочем, немного умерь тягу к сладкому»).

Получить контроль над настроением

Рамез также подчеркивает, что множество научных данных свидетельствует о том, что настроения и расстройства связаны с тем, что химические вещества делают в вашей голове. На данный момент мы принимаем лекарства, чтобы изменить соотношение этих веществ, и Рамез объясняет, почему прямая стимуляция нейронов — намного лучший вариант:

Фармацевтические препараты попадают в мозг, а затем беспорядочно распространяются, поражая все рецепторы, которые работают по всему мозгу. Нейронные интерфейсы, напротив, смогут стимулировать только одну область за раз, будут настраиваться в режиме реального времени и смогут передавать информацию о происходящем.

Депрессия, тревога, ОКР и другие расстройства можно будет с легкостью искоренить, если мы сможем лучше контролировать то, что происходит в нашем мозге.

Игра с чувствами

Хотели бы услышать, что слышит собака? Проще простого. Диапазон того, что мы можем услышать, ограничен размерами нашей улиткой — но ведь звук можно передать напрямую в слуховой нерв.

Или, может быть, вы захотите новое чувство. Вы любите наблюдать за птицами и хотите иметь возможность чувствовать, когда поблизости оказывается птица. Поэтому вы покупаете инфракрасную камеру, которая может обнаруживать места расположения птиц по их тепловым сигналам, связываться с вашим нейронным интерфейсом и стимулировать нейроны так, что вы сразу почувствуете приближение птицы. Понятия не имею, каково это — чувствовать птицу новым чувством по теплу ее приближения. Но в будущем мы найдем для этих новых чувств новые слова, если слова все еще будут оставаться актуальными.

Еще можно было бы отключить или затемнить определенные чувства, например, боль. Боль — это язык тела, на котором оно пытается сообщить что-то, но в будущем мы научимся принимать эти сообщения в менее неприятной форме.

Углубить свои знания

Эксперименты на крысах показали, что существует возможность ускорить обучение мозга — в два или даже в три раза — просто заставив определенные нейроны подготовиться к долговременным связям.

Ваш мозг также получить доступ ко всем знаниям мира. Как мог бы выглядеть доступ к информации в облаке? Мы с Рамезом разобрали четыре уровня возможности, каждый из которых требовал более продвинутого интерфейса мозга, чем последний.

Уровень 1: Я хочу узнать факт. Я обращаюсь к облаку за этой информацией — как бы гуглю что-то при помощи мозга — и ответ появляется в моем воображение. В принципе, все происходит только в моей голове.

Уровень 2: Я хочу узнать факт. Я обращаюсь к облаку за этой информацией — и через секунду уже знаю ее. Не нужно даже читать — я будто бы вспоминаю что-то.

Уровень 3: Я просто знаю тот факт, который хочу знать, в ту же секунду, когда хочу его знать. Я даже не знаю, откуда он берется, из облака или из моей головы. Я могу пользоваться целым облаком как своим мозгом. Я не знаю всей информации — мой мозг никогда ее всю не вместит — но всякий раз, когда хочу что-то узнать, мое сознание незаметно и быстро подгружает нужный факт, будто он всегда был со мной.

Уровень 4: Помимо знания фактов, я могу глубоко понять все, что я хочу, комплексно. Мы обсуждали пример Моби Дика. Могу ли я загрузить «Моби Дик» из облака в мою память и внезапно получить впечатление, будто я только что прочитал целую книгу? Чтобы у меня появились мысли и мнение, и я мог цитировать отрывки и обсуждать темы?

Рамез думает, что все четыре варианта возможны спустя некоторое время, но четвертый потребует очень много времени, если вообще случится.

Так что есть 50 восхитительных возможностей поместить волшебную шляпу в ваш мозг. А теперь давайте о грустном.

Страшное о волшебных шляпах

Как всегда, когда эра волшебника начнет наступать, всякие уроды сделают все возможное, чтобы ее задержать. Но на этот раз ставки будут чрезвычайно высоки. Вот тонкие места на льду, которые могут проломиться:

Тролли будет в экстазе. Тролли вообще пребывают в экстазе с тех пор, как появился Интернет. Они до сих пор не верят своей удаче. Но с мозговыми интерфейсами они будут просто вне себя от экстаза. Тесная связь между людьми означает много хорошего — сопереживание, например — но и много плохого тоже. Все как в Интернете. Всякие ублюдки будут находить больше возможностей распространять ненависть или просто выводить людей из себя. Интернет стал находкой для террористов, а мир с соединенными мозгами станет просто землей обетованной для них.

Компьютеры ломаются. И у них бывают баги. Обычно никакого конца света не происходит, потому что всегда можно перезагрузить машину либо купить новую. Но новую голову не купишь. Придется быть очень осторожными.

Компьютеры можно взломать. Только в этот раз они будут предоставлять доступ к вашим мыслям, чувственному вводу и памяти. Хреново.

Вашу ж мать, компьютеры можно взломать. Одно дело, когда плохие ребята могут взломать и украсть информацию из мозга. Но нейрокомпьютерные интерфейсы также помещают информацию в него. И значит, умный хакер сможет изменить ваши мысли, ваш голос, вашу личность, заставить вас пойти на ужасные поступки. И вы даже не узнаете, что это случится. Вы будете уверены, что сами принимаете решения, совершенно не осознавая, что являетесь жертвой манипуляций. В худшем случае можно было бы ожидать террористическую организацию, которая распоряжается жизнью миллионов людей. Это, конечно, жутко. Давайте не будем об этом.

Почему эра волшебников будет крутой, несмотря на всяких ублюдков

Достижения физики позволили плохишам наделать ядерных бомб. Достижения биологии позволили плохишам наделать биологического орудия. Изобретение автомобилей и самолетов приводит к авариям, которые убивают больше миллиона человек в год. Интернет распространяет лживые новости, позволяет террористам вербовать людей, троллям — процветать…

И все же кто в здравом уме согласится отказаться от нашей науки, вернуться в дни, когда мы топтали лошадиный помет на улицах, по которым текли канализационные стоки, либо отказаться от Интернета?

Да никто.

Да, некоторые люди были бы рады избавиться от Сети. Но если бы они узнали, сколько людей в этом мире счастливы и живут только благодаря Интернету, они бы изменили свое мнение.

Новые технологии всегда приходят с реальными опасностями и всегда вредят людям. Но ведь и помогают, причем даже больше, чем вредят. Развивающаяся технология почти всегда оказывает положительный эффект.

Люди также привыкли ненавидеть новые технологии — потому что переживают, что они будут вредными для здоровья или сделают нас менее человечными. Но те же самые люди, если бы им был дан выбор, не хотели бы вернуться во времена Джорджа Вашингтона, когда половина детей умирала, не доживая до пятилетнего возраста, когда путешествие в другие части мира было невозможным практически для всех, когда у женщин и этнических меньшинств было намного меньше прав, чем сегодня, когда намного больше людей жило за чертой бедности, чем сегодня. Они не хотели бы возвращаться на 250 лет назад — во времена, когда наибольшего взрыва науки и технологий еще не произошло. Люди благодарны технологиям. Но все равно твердят одно и то же: мол, технологии разрушают наши жизни, а вот в старые времена люди были мудрее, трава зеленее, наш мир погряз в дерьме… бла-бла-бла. Складывается впечатление, что им просто лень хорошо подумать на эту тему.

Поэтому когда мы доходим до полного списка опасностей эры волшебников — сказать нечего, потому что мы привыкли раздувать из мухи слона. Война никогда не меняется — плохиши возьмутся за оружие, а светлые силы займутся «безопасностью мозга». И поверьте, люди в эру волшебников ни на секунду не задумаются о том, чтобы вернуться в 2017 год.

  • * *

Сроки

Я знаю одно: когда люди не знают, что происходит, это значит, что все эксперты спорят между собой. Сроки наступления эры волшебника сложно определить, во многом потому, что никто не знает, когда мы сделаем закон Стивенсона более похожим на закон Мура.

Мои беседы породили широкий диапазон мнений касательно сроков. Один нейробиолог считает, что мы заполучим общемозговой интерфейс уже до моей смерти. Марк Цукерберг заявил, что «будет очень расстроен, если через 25 лет мы не проделаем значительного прогресса по направлению к компьютерам для мышления». Рамез Наам полагает, что люди начнут устанавливать НКИ не только для лечения инвалидности только лет через 50, а массовое принятие потребует еще больше времени.

«Надеюсь, я ошибаюсь», говорит он. «Надеюсь, Илон исправит эту кривую».

Когда я спросил Илона о сроках, он сказал:

«Думаю, мы в восьми-десяти годах от того, чтобы это могли использовать люди без инвалидности. Важно отметить, что многое зависит от одобрения регулирующих органов и от того, как хорошо наши устройства будут работать у инвалидов».

В ходе другой беседы я спросил его, почему он решил податься в биотехнологии, а не в генетику. Он ответил:

«Генетика слишком медленная, вот в чем проблема. Чтобы человек стал взрослым, нужно двадцать лет. У нас просто нет столько времени».

У разных людей, работающих в этой отрасли, разная мотивация, но очень редко они мотивированы вопросом срочности. Поспешность Илона доставить нас в эру волшебника — это последняя часть головоломки Neuralink. Мы поместим ее в последнюю коробочку:

У компаний Илона всегда есть какой-нибудь «результат цели», его истинная причина для основания компании — часть, которая связывает цель компании с лучшим будущим человечества. В случае Neuralink, эта часть занимает слишком много веток, чтобы ее можно было понять. Но дорогу осилит идущий — у нас есть все, что нужно для заключительного участка этого пути.

Продолжение следует.

Пожалуйста, оцените статью:
Ваша оценка: None Средняя: 3.7 (3 votes)
Источник(и):

hi-news.ru