«Комбайн» с ядерным двигателем на астероиде

Летные испытания российских ядерных космических двигателей научнутся после 2018 года. Летные испытания российских ядерных космических двигателей научнутся после 2018 года.

Американский марсоход Curiosity, прогресс Китая и неудачные запуски России – такова сегодняшняя ситуация в процессе освоения космоса человечеством. Отдел науки «Газеты.Ru» с помощью экспертов попытался разобраться в том, как может измениться ситуация через десять лет.

Больше семи тысяч запусков

4 октября исполнится 55 лет со дня запуска СССР первого искусственного спутника Земли. Начиная с этого момента, с Земли стартовало более семи тысяч космических аппаратов. Значительная часть этой впечатляющей статистики приходится на советскую космическую программу – в СССР в период с 1970 до 1990 год ежегодно запускали сто и более космических аппаратов. В 2011 году было осуществлено 137 запусков. В лидерах – Россия, США и Китай (25, 21 и 20 запусков соответственно). 23 из всех этих запусков (около 17%) были коммерческими.

Активная коммерциализация космоса – это основная тенденция последних лет.

«Мне кажется, космическая сфера сейчас находится на том уровне, на котором находилась авиация в 20–30-е годы прошлого века. Тогда авиацией занималось, в большей степени, государство, а частные фирмы только начали выходить на этот рынок, – считает сотрудник NASA Марк Бауман. – Это очень полезно, что частные коммерческие фирмы начинают работать на космос».

Тенденцию коммерциализации космоса подтверждает недавний успешный запуск разработанного компанией SpaceX первого частного космического грузовика Dragon к МКС. 7 октября этот корабль совершит первый из 12 в соответствии с контрактом NASA и SpaceX полетов к МКС, который позволит США вновь смогут поставлять на станцию грузы, в том числе материалы для научных экспериментов.

«SpaceX оказался одним из лучших среди многих – эти ребята наиболее правильно построили бизнес. Основной владелец и руководитель компании Элон Маск вложил свои деньги, заработанные в IT-индустрии. Ближняя земная орбита у американцев через 10 лет уже будет вполне освоена частными компаниями, – считает Сергей Жуков, исполнительный директор кластера космических технологий фонда «Сколково».

Несмотря на «благостную» статистику запусков, позиции России в космосе не так сильны, как хотелось бы, полагает он.

«По большому счету нужно сказать, что конкурентоспособной космонавтики у нас сегодня нет. Есть относительно большое государственное финансирование, которое сегодня уходит, по сути, на реализацию старых проектов и в какой-то степени консервирует нашу неконкурентоспособность. Если говорить о нашей конкурентоспособности в области средств выведения на орбиту, где у нас до сих пор 30–40% мировых запусков, мы видим, что летают ракеты-носители морально устаревшие, которые не могут до бесконечности совершенствоваться – «Союзы» и «Протоны», ну, еще есть конверсионные ракеты легкого класса. А новую ракету-носитель «Ангара» мы делаем более 20 лет и никак закончить не можем. Другие ракеты среднего класса у нас только в проработках. То есть даже в этой области, где мы, казалось бы, лидеры, мы потихоньку начинаем отставать.

Мы видим примеры того, как в мире создают ракеты «с нуля», основываясь на собственном видении коммерческого рынка, даже молодые частные компании вроде SpaceX, и пока ничего противопоставить этому не можем».

Жуков отмечает, что в спутникостроении Россия занимает, наверное, около пяти процентов мирового рынка, но наши аппараты тоже не вполне конкурентоспособны.

«Срок активного существования, допустим, спутников ГЛОНАСС – три года, редко до пяти лет, хотя объявлен он больше. Реальный срок работы телекоммуникационных спутников тоже невелик – при том, что за рубежом 15, 18, даже 20 лет работы – это уже привычный показатель. Таким образом, нам приходится таскать на орбиту гораздо больше железа, оно там умирает, добавляется космический мусор. Если мы говорим о дистанционном зондировании Земли, у нас, по-моему, семь предприятий делают спутники ДЗЗ, но ничего конкурентоспособного пока нет.

Три-четыре наполовину работающих спутника разных фирм – вот и все, что мы имеем в космическом сегменте ДЗЗ.

В использовании навигационного сигнала, то есть, в наземных приложениях космической навигационной системы ГЛОНАСС, мы также отстаем – по разработке и производству чипов и оборудования на их основе. Сейчас все больше игроков на рынке двухсистемных – ГЛОНАСС-GPS, и трехсистемных – ГЛОНАСС-GPS-Galileo – приемников. У нас относительно невелики внутренние продажи отечественного оборудования, хотя рынок есть. Мы с тревогой ждем, когда на него придут зарубежные производители – это могут быть и производители автомобильной техники, и мобильных телефонов. По большому счету, мы и здесь проигрываем».

И в области пилотируемой космонавтики Россия тоже далека от былых вершин.

«Российский сегмент МКС, мягко говоря, технологически менее совершенен, чем американский сегмент, чем европейский или японский модули», – говорит Жуков.

«Политики решают, нужна ли космонавтика»

Сможет ли Россия сократить отставание в ближайшие 10 лет?

«Судьба космонавтики – в руках руководителей страны, – говорит Сергей Жуков. – Именно политики решают, нужна ли космонавтика, и в каком объеме. И если политическое руководство, действуя в диалоге с обществом, считает необходимым развивать космонавтику, оно должно определить приоритеты и принципы, рассмотреть необходимые ресурсы, поставить цели и задачи. Все это есть работа над документом верхнего уровня – национальной космической политикой, которую должен, по моему мнению, провозгласить президент России.

После этого можно приступать к разработке стратегии развития космической деятельности на длительный (лет на 15–20) период и разрабатывать структуру организации отрасли, сообразуясь с этой стратегией и государственной промышленной политикой.

Когда правительство примет стратегию и структуру (повторюсь, эта стадия должна идти следом за выработкой и принятием космической политики), тогда можно заняться формированием Федеральной космической программы и иных целевых программ.

Разработка и публичное обсуждение проекта стратегии космической деятельности России до 2030 года, начатая Роскосмосом, была шагом вперед. В этом большая заслуга Владимира Поповкина (я его глубоко уважаю и как специалиста, и как человека ). Но эта попытка не в полной мере удалась. Слишком много запланировано – сделана попытка описать весь спектр теоретически возможных направлений космической деятельности без отделения того, что мы будем делать, от того, что не будем делать.

Не определены принципы и критерии выбора космических проектов, целесообразных на данном этапе для нашей страны.

В настоящее время Роскосмос занимается Основами политики в области космической деятельности. Поскольку проект документа является закрытым, нельзя ничего сказать о его качестве. Потребуется много труда, много честности и политической воли, чтобы выработать верный путь развития космонавтики», – уверен Жуков.

С ним согласен и летчик-космонавт Юрий Батурин, член-корреспондент РАН, директор Института истории естествознания и техники РАН.

«Мне кажется, что те программы, которые планируются на срок, значительно превышающий срок действия мандата политических руководителей, абсолютно бессмысленны. Это вариант Ходжи Насреддина, который пообещал эмиру научить ишака читать, рассчитывая на то, что за пять лет или ишак, или эмир или сам Ходжа Насреддин уйдут в мир иной», – считает Батурин.

Космическое сырье через десять лет

В отличие от России, у США дела обстоят гораздо лучше. Последний на текущий момент марсоход NASA Curiosity начал свою работу на поверхности планеты чуть больше месяца назад, а в США уже заканчивается работа над следующим аппаратом, который полетит к Марсу – MAVEN будет запущен в конце 2013 года для исследования верхних слоев атмосферы Красной планеты. Другой, более яркий пример – начало работ по созданию космического телескопа имени Джеймса Уэбба пришлось на 2000 год, когда телескоп «Хаббл» проработал на орбите десяти лет (сейчас «Хаббл» работает уже двадцать два года).

Серьезные планы на космос не только у ученых США, но и у частного бизнеса.

«Пол Аллен, который вместе с Биллом Гейтсом создал Microsoft, инвестировал создание первого частного суборбитального корабля SpaceShipOne, который выиграл так называемый X Prize и теперь разрабатывается в Virgin Galactic. Роберт Бигелоу, основатель Bigelow Aerospace, сделал состояние на гостиницах и казино Лас-Вегаса, и теперь планирует строить гостиницу на околоземной орбите. Он использует технологии, разработанные в NASA. Это наше правило – государство не продает эти технологии, их может получить любой человек в США и в мире и использовать для своей работы», – рассказывает Марк Бауман.

Еще одно важное событие, связанное с освоением космоса при помощи частного бизнеса, произошедшее в этом году – основание корпорации по горной разработке астероидов Planetary Resources, Inc. Инвесторами и консультантами корпорации стали основатели Google, высшие функционеры Microsoft и режиссер Джеймс Кэмерон. Выступая на специальной пресс-конференции, посвященной открытию данного стартапа, один из научных консультантов, американский астронавт Томас Д. Джонс рассказал, что

«аппарат по захвату и выделению сырья из таких астероидов будет в чем-то напоминать снегоуборочный комбайн, работающий в условиях невесомости». Если все пойдет по плану, то первые роботы, созданные корпорацией, начнут добывать космическое сырье через десять лет.

Стоит отметить, что к этому проекту проявляет интерес и российский бизнес.

Управляющая компания I2BF Global Ventures инвестировала в Planetary Resources средства одного из своих фондов.

Речь пока не идет о десятках миллионов долларов, но всего Global Ventures планирует вложить в космическую отрасль до 25% существующих фондов или более $50 млн.

Еще один пример российской частной компании, которая проявляют интерес к космосу, «Газете.Ru» привел Сергей Жуков, который помимо работы в космическом кластере «Сколково» является членом экспертного совета «Российской венчурной компании». Речь идет о дочерней структуре компании «Даурия Аэроспейс», в которой есть частный инвестор, Михаил Кокорич, совладелец «Техносилы». «На мой взгляд, это интересный пример бизнесмена, принадлежащего к наиболее плодотворному среднему поколению, получившего хорошее образование (он физик, выпускник Новосибирского университета), который после долгой и успешной работы в бизнесе, накопив капитал, повернулся в сторону космонавтики.

«Даурия Аэроспейс» едва ли не первая коммерческая компания, которая подписала соглашение о частно-государственном партнерстве с Роскосмосом», – рассказал Жуков.

Как рассказал «Газете.Ru» сам Михаил Кокорич, компании, входящие в группу «Даурия Аэроспейс» занимаются реализацией проектов связанных с космосом. Резидент Сколково ООО «Даурия Спутниковые Технологии» разрабатывает и производит низкобюджетные малогабаритные космические аппараты. Другая компания CloudEO AG, расположенная в Мюнхене, и ее дочерний центр разработок в Сколково занимается созданием платформы распространения данных космической съемки. Еще одним направлением является космическая робототехника, в том числе, группа участвует в капитале ООО «Селеноход» – частного стартапа, разрабатывающего лунный ровер. Дочерняя компания Canopus Systems US, расположенная в исследовательском парке NASA Ames в Силиконовой долине, создает сверхмалые космические аппараты, так называемыми наноспутники, массой 1–10 кг.

Ряд экспертов связывает будущий прогресс человечества в космосе с развитием ядерных космических двигателей. Начальник отделения космической и водородной энергетики центра Келдыша, кандидат технических наук Александр Семенкин напомнил «Газете.Ru», что в России «накоплен значительный опыт разработки и эксплуатации ядерных энергетических установок (ЯЭУ) в составе целевых космических комплексов».

«Сейчас во ФГУП «Исследовательский центр имени М.В. Келдыша» разрабатывается проект транспортно-энергетического модуля на основе ядерной энергодвигательной установки мегаваттного класса. Его цели: *развитие научно-технического и технологического заделов в области космической ядерной энергетики, формирование основы для реализации перспективных космических программ по изучению и освоению «дальнего космоса» и создание нового поколения космических средств с высокой энерговооруженностью *.

Работы начались в 2010 году, в этом году завершается эскизное проектирование, а на 2018 год планируется наземная отработка ТЭМ для подготовки к летным испытаниям», – рассказал Семенкин.

И Россия сможет заняться освоением одного из небесных тел

Как же будет выглядеть процесс освоения космоса человечеством через десять лет?

«Если говорить о технических достижениях, то в ближайшие десять лет будет создана полноценная китайская орбитальная станция. Возможно, китайцы продвинутся ближе к Луне. Я надеюсь, что в течение этого времени успешно завершится и принесет первые плоды реформа российской космической промышленности. В этом случае и Россия сможет заняться освоением одного из небесных тел, скорее всего, Луны, – считает Сергей Жуков. – У американцев за это время будет запущено еще несколько марсоходов. Я думаю, что возникнет полноценная спутниковая группировка (хотя там уже и сейчас три спутника) на орбите Марса. Я не исключаю, что облетно-орбитальную экспедицию, хотя бы в беспилотном варианте, осуществит и компания SpaceX, там работают очень амбициозные люди. Ближняя земная орбита у американцев к этому времени уже будет вполне освоена частными компаниями: SpaceX, Boeing, «Сьерра-Невада», а может быть и другими.

Состоятся первые полностью частные космические запуски суборбитальных и орбитальных космических кораблей с людьми.

Это даст толчок к развитию рынка туристических и профессиональных негосударственных полетов в космос: определенно, они станут много дешевле, чем сейчас полеты на орбитальную станцию на российских «Союзах». Если говорить о суборбитальном туризме, надеюсь, не только Virgin Galactic, но и хотя бы один российский оператор начнет регулярные полеты. Появятся наноспутники в России, которые начнут производить частные компании.

Это – кажущиеся мне вполне очевидными технические прогнозы. Наверняка будут какие-то прорывы, о которых сейчас сложно сказать, в том числе, в области уборки космического мусора. Компания, ориентированная на борьбу с космическим мусором, есть и у нас в кластере.

Я не исключаю, что появятся и новые международные инициативы», – подытожил Сергей Жуков.

Несмотря на это, в мировой космической отрасли наметился некий кризис идей, кризис целеполагания, признают эксперты.

«Космонавтика на нынешнем этапе выработала все, что она может сделать. Дальше может быть только инерционное развитие – как сейчас у Китая, который повторяет все то, что сделали СССР и США. А остальным нужно сейчас искать, где зарождается «новая волна».

Та страна, которая оседлает эту «новую волну», захватит лидерство на новом этапе.

Это не значит, что космонавтика остановилась. Просто замедлился традиционный путь развития космонавтики, каким он был, начиная от Циолковского, который предсказал этот путь, Королёва и фон Брауна, которые этот путь реализовали. Остальные старались этот путь поддерживать и развивать. Но где-то же нужно найти возможность для скачка», уверен Юрий Батурин.

Пожалуйста, оцените статью:
Ваша оценка: None Средняя: 5 (17 votes)
Источник(и):

1. gazeta.ru