Журнал «Огонёк»: Законы композита. Использование композитных наноструктурированных материалов стало настоящей революцией в строительстве и отделке сооружений

Использование композитных наноструктурированных материалов стало настоящей революцией в строительстве и отделке сооружений. Использование композитных наноструктурированных материалов стало настоящей революцией в строительстве и отделке сооружений.

Мы привыкли к тому, что новые технологии либо приходят в Россию с Запада, либо создаются на базе старых, еще советских научно-исследовательских институтов. Но вот создатели чебоксарского семейного предприятия «Гален», напротив, добились коммерческого успеха на том, что свою продукцию внедряют на Западе. О том, как был создан этот уникальный семейный бизнес и о перспективах использования композитов в российской жизни «Огоньку» рассказали основатели «Галена»: создатель и главный изобретатель Валерий Николаев и его старший сын Евгений — по совместительству коммерческий директор компании.

О бизнесе

Валерий Николаев: Я начинал полностью с нуля. В начале 1990-х на наш завод по производству химической продукции, где я отработал химиком-технологом более 20 лет, пришла конверсия, и основная наша продукция стала никому не нужна. Вот пришлось думать, что делать дальше и как кормить семью. Ну, выбора-то особенного не было… Сначала я занялся переработкой гальванических отходов, стал строить установки по переработке жидких отходов от производства кабелей, строил их в Рыбинске, во Владимире, у себя дома, в Чебоксарах. Работал круглые сутки, хотя большого дохода мне это занятие не принесло. Конечно, на хлеб хватало, но не более. Кстати, эти мои установки работают до сих пор. Потом занялся упаковкой растворителей и других химикатов. Дело в том, что наш чебоксарский «Химпром» отгружал растворители только цистернами и вагонами, а для розничной торговли, сами понимаете, нужны упаковки поменьше. И я открыл небольшое предприятие по дополнительной очистке продукции и по расфасовке. Потом наступило кризис 1998 года, который нам, как всем прочим отечественным производителям, дал огромный импульс для развития — зарубежные аналоги нашей продукции стали недоступны для потребителя, а наш товар был раскуплен. Появились свободные деньги, и я стал присматриваться, куда их можно было бы вложить — не только с выгодой, но и с интересом для ума…

Евгений Николаев: Кстати, первоначально мы по настоянию мамы — она у нас врач по профессии — хотели заняться производством медицинской техники. Отсюда и возникло наше название «Гален» — в честь древнеримского врача Клавдия Галена, второго после Авиценнымедика античности. Но медицинское оборудование у нас так и не пошло, зато возник заказ на производство композитов, и эта тема оказалась отцу ближе.

О композитах

Евгений Николаев: По совету наших знакомых строителей мы решили заняться разработкой и производством композитной арматуры для гражданского и промышленного строительства. Дело в том, что тогда в нашей строительной отрасли как раз были разработаны новые требования по энергоэффективности, согласно которым все бетонные стены должны быть трехслойными — чтобы между внешним и внутренним слоями бетона помещался бы слой теплоизоляции. Требовались новые подходы к соединению слоев этого «сэндвича», и отец предложил вместо обычной стальной арматуры использовать композитные материалы. И в итоге он сам разработал весь производственный цикл.

Валерий Николаев: Через восемь лет после создания продукта и производства я узнал, что 1960-е годы в СССР была принята правительственная программа по снижению металлозависимости. Тогда и был наработан первый опыт производства и использования композитов на основе соединения полимеров и базальтовых пород. Эта программа имела и космическое значение — после отправки советских луноходов у наших ученых возникли проекты строительства советской базы на Луне. А из чего ее строить? Из местных базальтов, с использованием привозной композитной арматуры. Правда, уже в конце 1970-х все эти программы были закрыты и заброшены, многие открытия остались невостребованными… И когда я начинал работу над созданием композитов, я ничего не знал об этих наших разработках.

О работе

Евгений Николаев: Если кратко, то суть производства заключается в соединении базальтовых волокон и полимерной смолы с добавлением наночастиц, например, глины. В итоге получается легкий и очень прочный стержень, который затем можно нарезать на нужные детали. Казалось бы, все просто, но эту технологию никто в мире не смог придумать. Поэтому технологическая линия отца получила награду на международной конференции в Балтиморе США) — а ведь именно в этой стране изобрели саму технологию пултрузии, то есть технологию изготовления волокнистых композиционных профилей.

Валерий Николаев: Ну, это сейчас так просто все сказать: взял и разработал. На самом деле это был очень трудный процесс: не хватало ни опыта работы, ни знаний о полимерах. Все доставалось методом проб и ошибок. Ночью не спишь, все оцениваешь, стоит ли воплощать эту идею в металле или что-то другое придумать… Пробуешь и так, и эдак, а когда все скрутил как надо, душа просто поет от счастья.

О «мостиках холода»

Валерий Николаев: Знаете, что такое «мостики холода»? Если произвести тепловизионную съемку фасада любого панельного дома, то мы увидим, как на фоне фиолетовых холодных стен то тут, то там разбросаны горячие оранжевые точки — это места расположения стальной арматуры, через которую из наших квартир утекает тепло. Использование же композитной арматуры позволяет ликвидировать эти «мостики тепла» и сократить теплопотери через стены на 30–40 процентов. Кроме того, именно использование стальной арматуры в строительстве является основной причиной коррозии и дальнейшего разрушения бетонных конструкций. Использование же нашего базальтопластика позволяет не только увеличить срок службы бетона, но и значительно сократить его расход при строительстве.

Евгений Николаев: Более 30% поставок нашей продукции идет на экспорт — в Великобританию, на Ближний Восток, в Северную Африку. Особенно оценили наш материал в Британии, где действует программа строительства энергоэффективного — «пассивного» жилья. Также наши наноструктурированные материалы уже применялись при строительстве участка транснациональной трассы «Европа — Западный Китай» в Татарстане, моста в Великобритании, на шахтах Кузбасского угольного бассейна. Причем, использование нанотехнологий для нас является настоящим конкурентным преимуществом — наноструктурированные материалы увеличивают прочность изделия, что в итоге позволяет нам экономить полимерные материалы и снижать цену на нашу продукцию. В планах — запуск в серийное производство еще ряда разработок. Преимущества этих продуктов по сравнению с традиционными аналогами очевидны: они более долговечны, обладают абсолютной коррозионной стойкостью, сокращают затраты на строительство объектов.

О семейственности

Валерий Николаев: Наше предприятие семейное — оба моих сына, Евгений и младший Виктор, работают на «Гален». На мой взгляд, это идеальное устройство бизнеса. Конечно, в свое время сыновья бунтовали, хотели куда-то уйти, но я так считаю: чем сильнее действие, тем сильнее сопротивление материала. И наоборот: если хочешь кого-то привязать к своему делу, то его стоит отпустить. Я отпускал своих сыновей на вольные хлеба, и они вернулись.

Евгений Николаев: На мой взгляд, у нас с отцом сложилось идеальное партнерство. Понимаете, есть два подхода к бизнесу: когда изобретатель продает свой товар, ему интереснее быстрее выпалить свою идею потребителю, заинтересовать его открытием, а вот предприниматель, напротив, интересуется тем, что же в действительности нужно нашему клиенту. Отец у нас — настоящий изобретатель, его не очень-то интересует коммерческая сторона, зато я мало что понимаю в его технологических вопросах, и поэтому у нас получилась хорошая команда на стыке двух подходов. Конечно, присутствуют и споры, и серьезные разногласия, но, как записано в нашей семейной конституции, у нас каждый имеет право на ошибку. А ошибки — прощаются.

Валерий Николаев: Семейная конституция — это документ в компьютере, где расписаны все базовые принципы нашей семьи: это честность, уважение, умение прощать. Так же на основе анализа сильных и слабых сторон каждого человека между нами распределены роли — это Евгений после учебы в Лондоне придумал.

Евгений Николаев: Семейственность предприятия имеет как сильные, так и слабые стороны. С одной стороны, все важные решения принимаются очень быстро и оперативно, и это плюс. С другой же стороны, по-настоящему освободиться от работы нельзя ни на час. Сейчас мы боремся, чтобы наши семейные встречи не превращались в планерки. То есть общие вопросы еще можно обсудить, но говорить все время о работе уже тягостно… Есть и третья сторона медали: семейные конфликты. Скажем так, в семейный бизнес оказались вовлечены не все члены семьи, и, думаю, это нормально. Потому что семейственность не должна заменять профессионализм. Для меня идеалом является американский подход к семейному бизнесу, где наследник компании должен пройти все ступеньки карьерной лестницы — с самой низшей должности. Я сам работал у отца простым рабочим, разливал химикаты в бутылки, потом стал бригадиром и так далее.

О российских работниках

Евгений Николаев: Сегодня на фирме трудятся 70 сотрудников. Чтобы получить качественного сотрудника, необходимо правильно подобрать мотивацию для работы, и это далеко не всегда деньги. Самое главное — это честность сделки. Мы договариваемся с людьми о работе, и если люди видят, что это сделка честная, то они согласны трудиться. Вообще, русские рабочие невероятно инициативны и трудолюбивы, но только помотавшись достаточно по свету, это осознаешь в полной мере. К примеру, все жалуются на алкоголизм, но французы пьют гораздо больше наших, а работают — меньше.

Валерий Николаев: Мы развиваем производство не только в России. Мы стараемся исповедовать гибкий подход, потому что производить продукцию в России не всегда выгодно, а в некоторых случаях и совсем невыгодно. К примеру, наши индийские партнеры могут по индийским санитарным нормам допускать использование тех химикатов, которые у нас строго запрещены. Поэтому многие изделия проще производить в Индии для индийского рынка. Мы не боимся того, что у нас украдут наши технологии. Потому что если бы они могли это сделать, то давно бы уже сделали. Но это вовсе не так просто, как кажется непосвященному человеку.

О РОСНАНО

Евгений Николаев: Мы три года работали не покладая рук, чтобы стать проектной компанией Роснано — это статус, дающий нам зеленый свет для сотрудничества со всеми российскими институтами развития. Это вопрос государственного значения, потому что именно за композитами будущее. Знаете, какова мировая статистика потребления композитов? В России производится 400 граммов композитов в год на человека. В Китае — около килограмма, а в США — свыше 8 килограммов. Сталь, алюминий — все это уже материалы прошедшего века, ведь даже нынешние самолеты на 60 процентов состоят из композитных материалов.

Валерий Николаев: Если честно, то производство базальтопластика в для строительства мне уже не столь интересно. Я это все уже придумал, создал, поставил, как говорится на ноги, теперь пусть сыновья все это дальше развивают. Мне же интересны новые направления — например, использование композитов в дорожных работах, в энергетике или даже в космосе. А что, зря, что ли, советские ученые о Луне мечтали?

Пожалуйста, оцените статью:
Ваша оценка: None Средняя: 5 (5 votes)
Источник(и):

kommersant